Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
09:49 

****

sotto voce
Конечно, мы встретимся. Только не здесь – далеко.
У каждой Вселенной – миров нерасчётливо много.
И пусть Млечный Путь разливается, как молоко,
и пусть берега поросли серебристо-печальной ольхою.

И сколько ни думай, а нить – вот она, прикоснись –
между тобою и мной… называется – жизнь…

@темы: мои стиши

09:47 

Из книги "Маски без лиц"

sotto voce
Мой капитан!
Мой первый после Бога!
Как Вам живется без меня, хороший мой?
По-прежнему, присевши у порога,
Вы курите, не торопясь домой?
По-прежнему милы командировки?
По-прежнему бессонница гостит?
Мой капитан, поверьте мне, поверьте…
А, впрочем, ладно…
Бог меня простит.

@темы: мои стиши

09:45 

из "Бусинок Ангела" - О картине

sotto voce




. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Ночной дождь

 



Чего здесь только нет... Прогулка под дождем, свет одинокой лампы возле Ундервуда,

и в ясной тишине – песнь птицы за окном, наверняка – на кухне чистая посуда…



Чего здесь только нет… Виде́нья пышным цветом, на сцену иль с неё – то знает только Бог.

А глубоко в душе – меж ночью и рассветом - цепочки из следов… почти на твой порог.



Чего здесь только нет… И злая хмарь обиды, и взгляд куда-то вдаль, а может – издали́,

и честь не бумеранг, чтоб не подавши вида, снести упреки в том, в чем нет твоей вины.



Чего здесь только нет… Здесь нет покоя утром, есть крошечный уют, и соткан гобелен -

вконец наполненный цветами перламутра – от отраженных серых ракушечных стен.



Чего здесь только нет… Здесь нет его, второго, который разделить мог эту ночь с тобой;

и пишутся стихи - как отзвуки былого, и пишется любовь - как отзвуки из снов.



Чего здесь только нет… Нет лжи и кривотолков, защиту не пробить, ведь занавесом - ночь;

что из того, что днем слагаешь из осколков - беспутную себя… и отметаешь прочь….



Чего здесь только нет… И никогда не будет, хоть трижды возродись и тысячу – умрем –

попсы/фанатов/догм/велеречивых судей… Защиту не пробить… Покурим под дождем?


 



2 (477x478, 85Kb)


@темы: мои стиши

09:43 

слушая песню ветра...

sotto voce


Люди иногда посвящают свою жизнь таким желаниям, о которых не знают, можно ли их осуществить или нет. Тот же, кто смеется над подобными причудами, – просто ничего не понимает в человеческой природе.

Акутагава Рюноскэ




Вокруг было много «ловцов ветра» - такая улочка на этом базаре мне попалась. Они раскачивались иногда, вперемешку с фонариками и «ловцами снов», тихонько-тихонько, совсем бесшумно почему-то… и струйки дымков от палочек обтекали их, переплетаясь причудливо-разноцветно… и всё это отражалось в бусинках, кристаллах, шарах, пирамидках, бисеринках – разбросанных везде, на всех предметах: в вышивках, шкатулках, украшениях, подставках, одежде и тысяче других вещей, которым не сразу и придумаешь назначение… Мне казалось, что и дышу, и двигаюсь я тут - тоже замедленно и тихо-тихо, и это создавало впечатление полусна, когда между явью и сном – ты уже умеешь летать, но еще не забыл – кто ты… Я переходила от прилавка к прилавку, очень редко дотрагиваясь кончиками пальцев, никогда не беря в руки, и чаще – просто смотрела, бездумно почти, не рассматривая… просто смотрела, будто искала или ждала чего-то, что способно остановить меня и заставить – всмотреться… Здесь не было вещей, похожих на то, что делала я, так мне подумалось, не по техникам и формам, а по теплоте… когда я делаю что-то даже из холодных цветов, мне всегда представляются красные или оранжевые пятна, или любимая терракота с синим, и музыка же у меня вся теплая звучит, и вокруг - моя гамма, может поэтому про последнюю бледно-голубую шаль, например, все говорят, что она тоже теплая для глаз… а тут огромный ярко-желтый веер с красно-оранжево-синими павлинами мне казался только что вытащенным из холодильника… что это, почему так – я не знала, но чувствовала, что это так… Если каждый мастер вкладывает в свои творения кусочек души – то я брожу среди душ сейчас, как-то совсем отрешенно уже думала я… но почему же так холодно – если так все красиво… было тихо, странно тихо – для такого уголка, и тишина была холодной… Я вдруг оглянулась, как на зов, и увидела большого «ловца ветра», со множеством блестящих трубочек, деревянных пластинок и шариков, причудливых узлов с длинными кистями… он был – прекрасен… прекрасен и далек… и он меня позвал – я знаю… я не отводила от него взгляд и подходила все ближе и ближе, и вдруг поняла – ветру больно! ветру больно здесь – в этой застывшей тишине, в этих бесконечных ловушках… и я поспешно раскрутила центральный шарик, чтобы зазвенело-зазвенело-зазвенееелоооо… но сначала только отдаленный гром еще неначавшейся грозы услышала я… и - вдруг - стало - тепло - в мире…


@темы: дневник

14:58 

Понедельник Страстной

sotto voce
Мне война – не нужна,
но и мир с подлецами – немыслим.
Всё спишу на Страстну́ю. А их отпущу и прощу.
Вот такая весна –
переполнена искрами истин…
Вот такая Страстна́я. Отпустила. Молюсь. Помолчу.

@темы: мои стиши

14:56 

КАРДИОбалет (дневниковое)

sotto voce
Какой апрель сейчас холодный -
как шорох сплетен за спиной…
Мне есть кому сказать "родная"
и не́кому уже – "родной"…

@темы: мои стиши

14:49 

романс

sotto voce
… тихо-тихо, нежно, плавно я перебираю струны
на гитаре… аккуратно – как листочки дневника…
эта трепетная нежность, этот дым ванильной свечки,
эти звуки, этот голос… не пойму – где ты, где я…
я сегодня буду тихой, отрешенной и спокойной,
помолчу, взгляну устало… снова струны зазвучат…
что ты, милый, успокойся, я когда-нибудь оттаю,
я когда-нибудь отвечу и на твой зовущий взгляд,
и на то, что очень скоро снова вспыхнут за окошком
белоки́пенным цветеньем вишни сада моего…
ворон больше не вернется "nevermore" кричать зловеще,
это просто ветер, милый, ветер – больше ничего…

@темы: мои стиши

02:58 

Caldo molto

sotto voce

Я поняла. Я поняла! Жизнь, как и вера, в детстве – большая-большая… как полный стакан воды – до краешков. И дальше ты растешь, растет и стакан, а воды – все меньше и меньше… на донышке… И вовсе не возраст тут при чём, вовсе не возраст. Скорость глотания – это уже кое-что. Кто-то хоронит третьего ребенка и десятую кошку, и рассказывает мне – ”как” именно нужно держаться и жить. А ”зачем” держаться – не говорит… потому что не знает. Вернее, знает – для себя, но мне-то это не ответ, мне это – хуже отговорки простой, мне это – нечто несусветное… И это еще взваливать на чужие плечи, и тут подгонять – что боги от нас хотят…
Моему богу – рабы не нужны, а чужих богов – мне не надо.
Столько посредников расплодилось между человеком и Им, и их все больше и больше, а веры все меньше… на донышке. Трудно это очень… Сама ведь всегда повторяла слова Амвросия Оптинского: «Кто я такой, чтобы мне Богородица во сне приходила?» Кто я такая, чтобы с Ним напрямую говорить – или ответа ждать… Человек, пожалуй, вот и все. А с кем Ему еще говорить, как не с просто человеком? Те, посредники, Его не слышат – им бы своё успеть сказать. Вот так и молчим… кто знает – тот молчит, кто не знает – словами исходит, да цитирует без устали…
Не знаю я – где правда, где истина, где жизнь, где смерть… Смерть тоже когда-нибудь заканчивается, это вот я знаю откуда-то. Умирают просто – как и любят, это живут – с выкрутасами. Когда уходит человек, он всегда ждет, чтобы его окликнули – до той поры он и жив. А если уводят насильно? Волной смывает, земля рушится, поезд сходит с рельс, машину заносит… Ну, если не думать, что в небесной канцелярии все давно расписали под девизом «На все Его воля»? Если не перекладывать на чужие плечи? А называть вещи своими именами – катаклизм, авария, ошибка диспетчера, пьяный водитель на встречной, Земля от нас устала? Как тогда – окликнуть, как ждать… и ничего и никого не дожидаться… За последние два года у моего стакана случилась гипертрофия роста… и счастья это не добавило. Не добавило даже простого покоя или здоровья… А как его затормозить – рост этот? У великана Глюма был свой рецепт – в «Доме, который построил Свифт», да ведь и ему – не помог, как оказалось.
А эти всеядные рецептики всех времен и народов «Будь проще и к тебе потянутся», «расслабься и получай удовольствие», про рок, фатум, судьбу, карму и прочие масонские заговоры и высшую тайную волю… Кого они согрели когда-нибудь – из умеющих все еще думать самостоятельно хоть немножко? Надо становиться фанатиком – все равно чего – тогда понятно – как жить и зачем… да и как умирать – тоже расскажут и научат.
«Господи, как умирать-то надоело», – сказал тот же самый человек, который и предлагал улыбаться, а не строить серьезные мины при игре… по чужим правилам.
Жванецкий – Пушкин нашего времени – у него тоже есть все… и про то, что «Что с человеком не делай, он упорно ползет на кладбище», и про то что «Что бы такое съесть, еще не попробованное»…
Я не могу видеть, как погибает Япония – целыми городами, но и не знать этого не могу…
Очень страшно сидеть возле постели умирающего – я знаю, очень страшно бессилием и жалостью, но и не провожать людей в последний путь – тоже нельзя…
Как я ненавижу эту вечную присказку «Берегите нервы»… добереглись – почти все и почти всем уже пофигу… Только и разговоров везде – до чего страны дошли, до чего народ дошел, до чего природу доуничтожались… до чего… да того же донышка и дошло… Я не про «счастливые» страны, я про них не знаю, я про нас только…
Я знаю, от чего у меня начался этот кошмар в голове – от статьи, которую я прочитала у давнего и уважаемого мной друга… про статистику катаклизмов и выводы – там, где нет «нашего» бога – там все и случается в основном в последнее время…
Яичная скорлупа отделяет жизнь от смерти нынче, честь от подлости, милосердие от страха, а мы все ярлыки вешаем да призываем нервы беречь… на благо будущих свершений… Бедный мой дневник – и это терпит.


Чужих меж нами нет!
Мы все друг другу братья
Под вишнями в цвету.
(Кобаяси Исса)

@темы: дневник

21:07 

Ответ

sotto voce
Я так долго ждала… Дни скользят так стремительно в годы, протекают сквозь щели, и ветер заносит песком… Я так долго ждала… Что мне время и что непогоды? Изучала теорию пыток: неверием, страхом и сном. Я так долго ждала, что смешала удачу с паденьем, разлетевшись на атомы - вновь оживала во сне… Я так долго ждала… то с терпением, то с нетерпеньем, что прошу лишь о сумраке – только бы ближе к тебе. Я так долго ждала… Серебристой зимы или ярко-слепящего лета, равнодушья весны или осени страстный закат? Я так долго ждала, что в награду мне будет за это только то, что вернется мой смех… и отчаянный первый твой взгляд.

Я так долго ждала… А "кого" или "что" - позабыла, и смотрю из окна черно-белое это кино… Я так долго ждала, что тебя, наконец, полюбила - так, как ты и хотел… Как же всё это было давно…

@темы: мои стиши

07:51 

поговорили...

sotto voce
… нет, нет, не сплю… да, в общем – ни о чём, в окно смотрю на виноградный лист, паук на паутиночке повис и листья красные… да что ты? под дождём?
а ты? ну да я понимаю – всё бегА… зачем звонишь тогда? ну ладно –посмотрю… что? утром написал мне ерунду? нет, я не видела… хотя и не спала...
сейчас? зайти? а может я – потом? ах, хочешь видеть/слышать/угадать… минутку… притащу комп на кровать, вот – грузится… да ладно – подождём...
уже зашла… теперь куда? вот, блин… прости, да просто браузер завис, как тот паук… ну да опять сюрприз, ты опоздаешь… ну - потом поговорим…
я не молчу… я вижу… я смотрю… не долго вовсе – просто мелким шрифт - вдруг сделался… ты опоздал на жизнь… да прав… ты прав - читаю ерунду…
нет, не твою… я не успела прочитать - всё удалилось… отчего? почём мне знать? мейл глючит или что… да наплевать… напишешь ещё раз… беги… я – спать…

@темы: мои стиши

08:17 

Легенда про кленовые листья.

sotto voce
Давным-давно в Японии правил император по имени Такакура-но-Ин. Он любил природу, растения, и испытывал особую слабость к кленам. Их красота завораживала, околдовывала и умиротворяла его. Такакура-но-Ин приказал своим садовникам засадить гору, на вершине которой стоял его дворец, всевозможными кленами, какие они только смогут найти.

Прошло много лет, клены выросли и мечта императора сбылась. Вся гора была причудливо покрыта разноцветными кленами, которые росли в форме грибов, вазонов или водопадов, а их вычурные листья напоминали руки, кружевные веера и даже струны старой арфы. Каждый год император терпеливо ждал наступления осени, когда листва на его кленах приобретала особо яркие цвета. Откладывая все свои важные государственные дела, Такакура-но-Ин приезжал в нагорный дворец, чтобы полюбоваться ковром разноцветных кленовых листьев на земле.

Однажды холодным осенним днем на горе работал новый очень прилежный садовник, который ничего не знал о страсти императора. Стараясь произвести хорошее впечатление на хозяина, садовник и члены его семьи сгребли с земли буквально все опавшие кленовые листья и развели из них огромный костер, вокруг которого и расположились на ночевку.

А утром придворные, увидев оголенные клены, чернеющую землю и пепел на горе, начали всерьез опасаться за жизнь нового садовника. В это время Такакура-но-Ин в одиночестве поднялся на вершину горы, чтобы насладиться долгожданной красотой. Вместо разноцветного гобелена листьев, его глазам предстало унылое зрелище черной земли и остывшего пепелища, вокруг которого мирно спала семья садовника.

Император все понял. Вопреки опасениям самураев, внезапно лицо его озарила мягкая, добрая улыбка. Такакура-но-Ин вернулся во дворец и написал поэму об особом даре, которым обладают кленовые листья: они способны не только умиротворять наши души своей изысканной красотой, но и согревать наши бренные тела своим теплом.

P.S. Где ж они берутся-то такие императоры... Даже не разбудил садовника, да ещё и поэму написал... эх... с доброй улыбкой... Знаю - только в Японии и берутся.

@темы: Япония

04:28 

"... пришло время звездопадных ночей..."

sotto voce
Мой сверчок поет crescendo,
не удостаивая заметить,
что еще не наступил вечер,
что уже время кончилось для его песен…

Нарастает и нарастает, и затихают все звуки мира,
закрываю глаза и понимаю,
что сегодня
действительно звездопад как говорили в новостях

…ночь звездами обрушилась на меня
и я вижу дом, в котором смеются дети,
а я готовлю ужин и жду тебя с работы
папа с мамой сидят под вишнями
и придумывают
как бы отправить нас отдыхать
и остаться с внуками одним
брат собирается на рыбалку
и придумывает
как бы вытащить меня с собой
ты едешь домой и придумываешь
нет не буду я говорить
что ты придумываешь – я буду слушать
потому что я тебя слышу
ты теперь все время
включаешь телефон на громкую связь
когда едешь домой
и мы говорим –
ты в машине а я расхаживая по кухне
потому что совершенно же глупо
тратить столько времени – не вместе…

Сверчок взял совсем уж апофеозную ноту
и я очнулась
больно – когда звездами по глазам

Небо затянуто дымкой и не видно
не только звезд, но и луны
но это не важно – мой звездопад
всегда со мной
нужно только закрыть глаза
поднять лицо к небу и сказать тихонечко -
ау я пришла поговорите со мной
… хоть немножко

@темы: мои стиши

00:59 

Мимоходом...

sotto voce
Мимоходом, мимолётом, просто так, да ни о чём…
Исповедуешься снова всё о дальнем – не своём.
Быть другим – такая малость – это, право, не грешно.
А себе – скорей привычно. Черно-белое кино

я раскрашу тонкой кистью в стиле Мэйдзи или Мин.
У меня на чайной чашке – распрекраснейший павлин,
чёрный с золотом, в узорах, рядом – строчки из Басё…
Отпускаю на свободу - душу – в близкое окно.

И павлина отпускаю, пусть летит – не до него.
Мне сегодня грустно стало – я рисую укиё.
Иероглифы, катана – чётко, маленьким пером,
и о чём-то напеваю – всё о дальнем, не своём...

Мимоходом оглянулась, мимолётно увлеклась,
просто так опять взгрустнулось, ни о чём не зареклась.
На стене висит мандала, я рисую журавля
Ясунари Кавабато. Не читали? Ну, и зря.



Ясунари Кавабата (яп. 川端 康成, Кавабата Ясунари, 1899—1972) — выдающийся японский писатель, офицер французского ордена искусств и литературы (1960), лауреат Нобелевской премии по литературе (1968). В работах Кавабаты, глубоко укоренённых в национальной художественной традиции Японии, но в то же время свободно использующих приёмы современной литературы, большое значение придаётся подтексту, недосказанности и суггестивности. Своеобразие художественного стиля восходит к эстетике дзэн. К основным сочинениям относятся романы «Тысячекрылый журавль», «Снежная страна», «Старая столица», «Стон горы», "Мастер игры в го" и др. Своей ключевой работой сам Кавабата считал роман «Мэйдзин». Произведения писателя переведены на многие языки мира. Скончался у себя дома в Дзуси в 1972 году из-за отравления угарным газом. В 1974 году издательством «Синтёся» учреждена литературная премия имени Ясунари Кавабаты.

Укиё-э (яп. 浮世絵?, картины (образы) изменчивого мира) — направление в изобразительном искусстве Японии, получившее развитие с периода Эдо.
Слово укиё, дословно переводящееся как «плывущий мир», является омофоном к буддистскому термину «мир скорби», но записывается другими иероглифами.
Гравюры в стиле укиё-э — основной вид ксилографии в Японии. Эта форма искусства стала популярной в городской культуре Эдо (современный Токио) во второй половине XVII века.
Основоположником укиё-э считается японский живописец и график Хисикава Моронобу.
Изначально гравюры были чёрно-белыми — использовалась лишь тушь, с начала XVIII века некоторые работы затем раскрашивались вручную с помощью кисти. В XVIII веке Судзуки Харунобу внедрил технику многоцветной печати для изготовления нисики-э («парчовые картинки»).
Гравюры укиё-э были доступны по цене из-за возможности их массового производства. Они предназначались в основном для городских жителей, которые не могли позволить себе потратить деньги на картины.
Для укиё-э характерны картины обыденной жизни, созвучные городской литературе этого периода. На гравюрах изображались прекрасные гейши (бидзин-га), массивные борцы сумо и популярные актёры театра кабуки (якуся-э). Позднее стала популярной пейзажная гравюра.

Катакана - одна из японских азбук, катана - японский меч))

@темы: мои стиши, Япония, художники

07:56 

Крыши Таллинна

sotto voce
... как давно мне ничего не хотелось писать... как давно мне не... Но, надеюсь, это уже в прошлом.
Сегодня у меня не просто складывались строчки, я - хотела, чтобы они были... и они получились, кажется.))
Но сейчас я покажу только, ЧТО меня вдохновило захотеть выздороветь по-настоящему - и вдохновляет вот уже четыре дня и сегодняшнее утро (как говаривал Максимус Децимус)
Да, всё очень просто - крыши Таллинна. Я очень люблю высоту и с неослабевающей грустью вспоминаю своё альпинистское прошлое, я очень люблю сумерки, зиму, светящиеся окна... и всю жизнь хотела жить в мансарде под крышей, пока не получается, но продолжаю же продолжать хотеть...
Это картина Евгения Лупшина "Крыши Таллина" - я искала в инете НЕЧТО и я это нашла.



@темы: дневник, Художники

07:51 

Под таллинской крышей...

sotto voce
У каждого случается такое время, когда не может человек сам выбраться из душевной беды... непременно нужно его как репку выдернуть за хвостик, потому что - как Мюнхаузен за косичку сам себя - он уже не может... Меня - выдернули. На мансарду - под таллинской крышей... Я стала покойнее на пять дней и сегодняшнее утро.



Давай по-братски выпьем мой коньяк -
ты будешь пить, а я смотреть в окошко.
К нам, кажется, пожаловала кошка.
Да – в гости, к твоему коту, никак))…

Давай по-братски будем слушать блюз -
я поиграю, ну а ты мне скажешь,
что трубочист, измазавшийся в саже,
тебе сегодня рассказал о том,
как я его вчера нарисовала
на вернисаже)) – за своим столом…
И ждала счастья - пусть он прикоснется –
приметы ведь на то нам и нужны,
чтобы мы сами в жизнь их претворяли…
И от печали снова убегали,
а приходили – на Пути Судьбы.

Давай по-братски… нет, не торопи…
Пусть ТАК еще побудет – хоть немножко…
Да, видишь, в гости к нам пожаловала кошка…
Но уже утро… ты иди, и д и …

@темы: мои стиши

07:50 

Вана Тоомас

sotto voce


Тоомас старый перестал меня беречь…
Ты видно плохо с ним договорился
или давно –
и кончился
срок договора… Где ты?
Смотри – опять в мансарде
на окне
я зажигаю много-много свечек
и на одну уже письмо слетело…
Hardi
Я прочитала - можно уходить -
теперь опять не скоро
Занята и занят…

@темы: мои стиши

04:03 

Обыкновенный снегирь (Pyrrhula pyrrhula)

sotto voce
Я знаю, что нужно для счастья – нужно любить снегирей...

Ну правда же. Помнишь, ты хотел летом отвезти нас с Никушей на море? Вот и я помню. Тогда и были прикуплены красно-белые кеды, но не те, что для уроков физкультуры, а те, что – просто пипс! Очень я себе нравилась в этих кедах и белых брючках, ну просто так очень, что и решила тебя в этом наряде встречать, напрочь разругавшись со своим «близнецом», требующим трепетно-женственного волнительного образа… Я вообще люблю красный цвет и всегда любила. Бывали приступы симпатии к синему, черному, желтому даже (очень быстро прошло)… Но красный оставался главным всегда, проходя «красной же нитью» по гардеробу, интерьеру и разным всяким мелочам… Может потому, что я снегирей люблю?

В первом классе, весной, в моей школе устроили Праздник птиц, и дали задание (родителям, конечно) нарисовать большие такие птичьи головы, чтобы мы их как маски одевали. Праздника не помню, совсем. А вот птичку свою – до сих пор. Папин друг-художник нарисовал мне снегиря. Нет, он, конечно, спросил у меня, кого я хочу, но птицы тогда были явно не моей сильной стороной. Я болела морями, пиратами-корсарами, парусниками… и по примечаниям к «Капитану Бладу» изучала оснастку.
Чтобы не приставали, я и ответила:

- Удода хочу.
- С чего бы это? – вмешался папенька.
- Ну не воробья же, - высокомерно заявила я, уверенная, что другие птицы бывают только в книжках и в «Клубе путешественников», не обращалось мое внимание на них как-то.

В общем, нарисовал мне дядя Толя снегиря – роскошного, и я вдруг поняла, что рисавать-то можно не только моря и парусники… и незамедлительно согласилась наконец пойти в художественную школу. Видите ли, я, до этого снегиря, была совершенно и непоколебимо уверена, что и так уже рисовать умею. Так и дорисовалась потом до художника-графика и дизайнера, вот вам и снегирь…

Да, сбилась я совсем. Не об этом речь, хотя… о чем же еще? Снег идет у нас со вчерашнего вечера, не переставая, и за окном уже – сущее Берендеево царство. Сижу я за столом, на кресле кручусь по своему обыкновению: окно-монитор, монитор-окно… воробьев вижу, ворону еще, вот синички прилетели… и еще кто-то, совершенно иностранного вида – размером с голубя, цветом палево-бежевым… красота… а снегирей нет. Может, их вообще уже нет... И что мне в голову пришло? Одела я свой несостоявшийся морской прикид, свитер – красный, разумеется, взяла Никушу на руки и уселась на подоконник.

- Видишь, Никушка, - говорю ему проникновенно так, - есть у нас снегири, хоть бы и мы с тобой. Вот позвоним сейчас Наталье, она недалеко тут, пусть выйдет на улицу и скажет, похожи мы издали на снегиря или таки нет?
Ничего мне мой Ник не ответил – таращился на птичек и снежинки. Зато какой-то дяденька нас увидел, помахал рукой и засмеялся… второй этаж – хорошо видно, что по-доброму засмеялся. И мне вдруг стало так… легко, наверное, да – легко, будто вся оставшаяся еще моя душевная неразбериха улетучилась, как пыль на ветру… И я рассмеялась. Я смеялась и говорила собакину, что все у нас хорошо и даже замечательно, что море нам и на фиг не нужно, а понадобится, так возьмем и поедем, что сердце у меня и не болит вовсе, что мы с ним самые взаправдишние снегири – и тот дяденька явный этому свидетель, что мы с ним… а Никушка поскуливал и слизывал мои слезы, совсем забыв про снежинки за окном… но я-то их видела…

Если боги придумали все дороги
А перекрестки говорят сатана
Если кто-то снова стоит на пороге
И его я встретить должна
Если мне сейчас очень хочется сделать
Кормушку для оставшихся птиц
Если я пять минут назад рассмеялась
Не вытерев слезы с ресниц
Если я читаю такууую книгу
Что забыла когда и спала
Если мне захотелось весь дом разукрасить
То быть может счастлива я?..

@темы: дневник, мои стиши

23:33 

Кай

sotto voce
КАЙ

Как холодно на мраморном полу…
И льдинки не желают помогать мне.
Из них не только «вечность», даже круг
Не сложишь в этом призрачном сияньи.
За это слово станет мир моим,
И буду я не королем, а богом.
Вокруг дворец хрустальный, а за ним -
Сплошной зимой накрыты все дороги.
Ко мне не достучаться, не прийти,
Не прискакать и не спуститься с неба,
И на Земле остановились все часы,
Чтоб я успел сложить свою победу.
читать дальше
© Copyright: Марта Брюс, 2009
Свидетельство о публикации №1902010250

@темы: мои стиши

05:42 

Первый осенний листок...

sotto voce
Вечер приходит даже к слепым
И к бессмертным приходит смерть.
Дар умирать дарован одним
Другим - лишь дар умереть.

Утро вечера мудренее. Допускаю, иногда, правда. Но знание приходит ночью, так уж повелось.
Я смотрела в окно на неумолимо наступавшую осень...
Чуть пожелтевшие и покрасневшие края виноградных листьев... Это было очень незаметное наступление, потому что мир и так был осенью.

Люди устали верить в себя, но разучились верить в Бога.
Как отличаются люди днем и ночью, совершенно разные... Поэтому, наверное, я люблю сумерки.

Знание умирает. Знание служит силе и власти. Знание неспособно изменить мир. Оно становится все сильнее и сильнее, и вновь, и вновь не умеет воспользоваться этой силой...
Часто не остается у человека ничего, кроме достоинства – и тогда оно становится силой.

Я иногда слышу звон часов на башне, и думаю что это я снова в Праге. На готику потянуло? Ну в нормальном смысле этого слова, на готику меня тянуло всегда – романтизм, куда деваться.
Смешно бить зеркала, если не нравится отражение, да и примета плохая...

Люди... Люди везде одинаковы. И что в занесенном снегами сибирском поселке, что в ауле, что на Арбате - все равно, она проступает - "печать вырождения на лице". Неважно, какую форму она примет: пропойцы с вязанкой пустых бутылок, или здорового парня, который носится вдоль поезда, продавая денатурат, или раскрашенной девочки, посещающей авангардные спектакли, но не прочитавшей в жизни ни строчки.

Печать вырождения. И я боюсь ее не избежать. Может быть, я просто рискую поднять глаза и увидеть то, что незаметно другим. Увидеть печать в себе.

Тьма - это просто отсутствие света. Отсутствие границ. Свобода направлений. Право быть независимым от других, от мира. Тьма - это вечный ребенок, этакий невзрослеющий Питер Пэн. Бесконечная игра. Свобода всех направлений - вот ее визитка. Возьми тьму за руку и иди в никуда. Не останавливаясь ни перед чем и ни перед кем. Тьма - это "я хочу" вместо "я должен". Тьма - это вера в себя, безграничная. Тьма - это невозможность посмотреть на себя со стороны. Тьма всегда рядом, тьма ждет своего часа, тьма повелевает - но стоит подчиниться, и она станет слугой. Оправдает все. Нас спасает лишь одно. Нет линии, которая пошла бы на союз с тьмой. Она всегда одинока. Всегда против всех. И потому проигрывает. (Чистое Айкидо получилось).

Власть не делят. Сила растет, знания умножаются, но власть на двоих не делится никогда.
Странное у нас время. Все сейчас глупо. Драться с дураками, дружить с умными, писать книги и лечить людей - все несвоевременно. Уже несвоевременно.

″Но чудаки еще такие есть –
вдыхают полной грудью эту смесь.
И ни наград не ждут, ни наказаний...″
Владимир Высоцкий ″Баллада о Любви″

@темы: дневник, осень

04:25 

Мнема или Лето?

sotto voce
В последнее время всем нам не хватает любви.
Не потому, что любить разучились, а потому что просто некогда - времена не те. Впрочем, времена всегда были "не те", и в своем непомерном одиночестве и тоске по любви и счастью мы, как это ни парадоксально, вовсе не одиноки. Кто-то мудрый сказал, что наши страхи - это нереализованные возможности любви; а значит любовь (хоть априори принято не давать ей определения) - это преодоленный страх, в том числе.

Все страхи, как преодоленные, так и не- гнездятся в нашей памяти, и отсюда естественно вытекает: чтобы любить, нужно прежде всего помнить. Только умеем ли мы это? Мнемозина - богиня разборчивая, и драгоценный свой дар предлагает далеко не всякому. А может это нам теплые, слегка мутноватые воды Леты милее и слаще, чем хрустально-прозрачная ледяная вода ее второго источника Мнемы? И может именно поэтому девять изысканных муз так редко посещают наши серые, пугающе похожие друг на друга жилища?

Науки и искусства - не просто дети Мнемозины и Зевса, но дети нашей Памяти и Божественного начала в человеке, того самого начала, которое заставляет нас творить, чтобы напомнить о том, насколько близко мы находимся к Творцу, созданные по Его образу и подобию.
Бог есть Любовь.
Любое настоящее произведение искусства либо достижение человеческой мысли, выразившееся в научной формуле - это производное от соединения нашей любви и нашей памяти. И та, и другая всегда деятельны. Или это не они.

@музыка: Сукачев

@настроение: сонное

@темы: дневник

sotto voce

главная